Развитие Дворцовой и Сенатской площадей

Развитие Дворцовой и Сенатской площадей Развитие Дворцовой и Сенатской площадей в самостоятельные пространственные единицы на протяжении второй половины XVIII в. содействовало расчленению на части единой когда-то эспланады, расположенной вокруг здания Адмиралтейства. Сам комплекс верфи к началу XIX в. пришел в упадок, обветшал, да и не соответствовал парадному характеру района Дворцовой набережной.

Окончательно сформировавшееся трехлучие главных проспектов города также требовало более мощной центральной вертикали, чем старая башня, созданная Коробовым. Возникала потребность в перестройке Адмиралтейства и планировке эспланады, лежавшей перед ним. Первый проект был исполнен Ч. Камероном. Он предлагал разделить комплекс на несколько корпусов, соединенных арками. Особенно парадно он хотел оформить сторону, обращенную во двор.

[ad#centre]

В 1805 г. главным адмиралтейским архитектором стал А. Захаров. Мастер предложил серию проектов, предполагавших перестройку всего комплекса морских сооружений Петербурга. Они играли заметную роль в структуре города. Кроме Адмиралтейства в их число входили крупные склады, которые занимали огромный треугольник, омываемый Мойкой и Крюковым каналом, так называемая «Новая Голландия», обширные территории за ней (еще ближе к устью Невы), где стояли провиантские магазины и многочисленные хозяйственные сооружения. Кроме того, морской госпиталь и полковой двор, множество лесных сараев, где хранилась древесина, предназначенная для верфи, располагались на другом берегу реки. В западной части Васильевского острова стояли сооружения Галерной гавани с помещениями для судов и возникла целая слобода мастеровых и гребцов. По всему городу, таким образом, были разбросаны сооружения «морского ведомства». Захаров попытался объединить их воедино с помощью стилистически близких архитектурных решений.

Прежде всего он обратился к центру всего комплекса — Адмиралтейству. К рубежу XVIII-XIX вв. необходимость в укреплениях отпала. Адмиралтейство приобретало другие функции — в нем должен был размещаться обширный аппарат, управляющий морским делом во всей России. Однако здание, построенное Захаровым, не стало похожим на какой-то канцелярский корпус. Мастер создал сооружение, столичное по своему облику, исходя из своих представлений о центре Петербурга. Композиция, характер, архитектура, детали и скульптура — все рассчитано на восприятие из города и с реки. Адмиралтейство стало главным архитектурным акцентом в планировочной концепции Петербурга.

Мастер намеренно обратился к торжественным формам. Он создал богатый и четкий в своих членениях силуэт, воспринимавшийся издалека. Единообразно решенная композиция, растянувшаяся более чем на 400 м, уже благодаря своим размерам приобрела градоформирующий характер. Старая башня Коробова изменила свой облик: вознесся выше шпиль, наверху была устроена колоннада, въезд во двор отметила могучая арка, которую увенчали широкий карниз и аттик с рельефом. Особое внимание уделялось скульптуре. Колоссальные статуи с морской символикой появились на пьедесталах у ворот, по углам башни, над верхней колоннадой. Над аркой разместились крылатые женские фигуры, аллегории Славы. Главный фасад был расчленен шестью портиками,   составлявшими   две    группы, приближенные к углам; корпуса, обращенные к Неве, обрамлявшие оставшийся открытым реке двор, были завершены кубическими павильонами с арками, через которые проходил внутренний канал.

Удача Захарова определялась не только совершенством архитектурного решения. Он со всей определенностью осознал роль Адмиралтейства в структуре города и всеми средствами развил именно «столичный», великолепный характер этого сооружения, которое стало, по словам А. В. Бунина, «как бы олицетворением Петербурга».

Несмотря на то, что другие постройки морского ведомства находились в различных частях столицы, зодчий стремился обеспечить их единство. Везде он применял стилистически близкие формы, свободно трактуя классику. В этих проектах большую роль обычно играли тяжелый массив кладки, многократно повторяющиеся арки, строгие колонны без баз, простые монументальные портики, противопоставленные гладким стенам.

Захаров создавал образ своего, «морского» Петербурга на основании античной классики. Но он по-разному интерпретировал ее. В центре города он создал торжественную композицию, где выдержаны традиционные каноны классицизма в соотношении ордера и стены, колонн и проемов. На окраинах он свободно трактовал античные архитектурные формы, образуя необычные их сочетания, то подчеркнуто простые, то поражающие своей новизной. Адмиралтейство было закончено перед самым началом Отечественной войны 1812 г.

После победы над Наполеоном строительные работы в Петербурге развернулись с новой силой. Растущий город нуждался в постоянном упорядочении. Между тем со времени упразднения Комиссии о каменном строении в 1796 г. до 1815 г. централизованного руководства развитием города не было. В 1816 г. был образован Комитет строений и гидравлических работ, в ведение которого были переданы вопросы планировки, строительства и благоустройства Петербурга. В состав его вошли архитекторы Росси, Стасов, Михайлов, Модюи, инженер Бетанкур в качестве председателя. Они осмыслили и выразили в ряде документов задачи и методы создания ансамблевой застройки, зафиксировав наметившуюся тенденцию в развитии северной столицы.