Реставрация Бурбонов XVIIIв.

Вместе с Людовиком XVIII к власти во Франции пришли дворяне-эмигранты, идеал которых оставался в феодальном прошлом. Его они выдвигали в качестве альтернативы вышедшему из революции новому буржуазному порядку. Одним из наиболее известных идеологов реставрации монархии Бурбонов являлся Жозеф де Местр (1754-1821) уроженец Савойи, крупный помещик, аристократ, писатель и пьемонтский государственный деятель, масон.

После аннексии Савойи Францией в 1792 г. де Местр отказался принести присягу французскому правительству, эмигрировал и жил в Швейцарии. В 1803 г. в качестве посланника сардинского короля он был направлен в Россию и лишь в 1817 г. вернулся во Францию. Известность ему принесла книга «Размышления о Франции», написанная в 1796 г., затем им были изданы «Рассуждения о суверенитете», «О папе», «Санкт-Петербургские вечера» и другие.
Де Местр осуждал злоупотребления старого дореволюционного порядка, но он крайне отрицательно оценивал идеи Просвещения как идеологию французской революции, полемизировал с ними во всех своих произведениях.  Де Местр писал, что начиная от эпохи Реформации, в Европе возник дух бунта против Бога, религии, тронов. Его следствием стало Просвещение, заменившее народные догматы индивидуальным разумом. По его мнению, философы, писатели, ученые-просветители создали заговор против обычаев, способствуя падению нравов, разжигая ненависть к власти и церкви. Де Местр замечает, что в новом, пропагандируемом просветителями обществе собственный интерес становится для человека единственным мотивом поведения, исчезают «моральные узы», соединявшие людей. Недолговечность конституций, законов, принятых в период революции, де Местр объясняет тем, что индивидуальный человеческий разум, утративший связь с разумом божественным, выражающим себя в исторически сложившихся традициях и обычаях, становится бессильным.

Конституция, по мнению де Местра, не может быть делом человеческого ума, для этого он слишком слаб: «Всякая писаная конституция есть не что иное, как клочок бумаги. Такая конституция не имеет престижа и власти над людьми. Люди повинуются тому, что сокровенно, таким тёмным и могучим силам, как нравы, обычаи, предрассудки. Писаная конституция всегда бездушна, а между тем вся суть дела в народном духе, на котором стоит государство». Ошибкой революционных конституций де Местр считал то, что они были рассчитаны на абстрактного человека, а его нет, есть французы, англичане, немцы, русские и т. д. Выражение де Местра о том, что «каждый народ имеет то правление, которого заслуживает», стало крылатым. По его мнению, любой закон должен находиться в гармонии с характером народа. Различия в способе правления у разных народов де Местр объясняет особенностями их исторического развития. Он высказывает мнение о том, что записанные законы и конституции тогда долговечны, когда они санкционируют уже существующие неписаные права, данные каждому народу от высшей, божественной власти. Таинственное творческое первоначало, по его словам, проникает в мир через посредство религии, т. к. «у колыбели каждого народа стоят жрецы».

Понятие «народ» в концепции де Местра – это группа людей, имеющих общие язык, территорию, культуру, обычаи, характер. Народ обладает общей душой и подлинным моральным единством, обладает своими дурными и добрыми чертами, способен иметь заслуги и вину и подлежит за это карам и наградам, как и отдельный индивид. Порядок в обществе реализуется через общественную иерархию, возникающую органически – «всюду и везде правила аристократия». Идеологи революции на первое место ставили права человека, де Местр – его обязанности. Лучшие люди страны, по его мнению, это не те, кто заботится о каких-то особых правах, а те, кто выполняет особые обязанности. Чувство долга и сознание обязанностей очищает и облагораживает, а претензия на права озлобляет и маскирует нежелание нести обязанности. Принцип, украшающий дворянство – «положение обязывает».

По мнению де Местра, каждый народ обладает коллективным разумом. Индивидуальный разум должен подчинить себя коллективному, народному разуму, в противном случае он уничтожает общественные связи, разрушает общество, порождая классовый и индивидуальный эгоизм. В философии просветителей де Местр видел только разрушительное действие. Причиной французской революции он называет то, что в своей гордыне философия просветителей выступила с претензией на обладание мудростью и руководству людьми: «Чтобы покарать и посрамить её, господь должен был осудить её на мимолётное царствование. И это страшное наказание было единственным средством спасения».

Идеи исторической преемственности, органического развития общества, понятие «народного духа», признание божественного плана в судьбах народов, выдвинутые де Местром, стали основополагающими в теории европейского консерватизма XIX века. Однако консервативные идеи в это время находили гораздо меньший круг единомышленников, нежели либеральные, т. к. революция конца XVIII века нанесла непоправимый удар по феодальному строю и его защитникам. Франция уже достаточно прочно вступила на путь буржуазного развития, идеологией которого стал либерализм.

После Ватерлоо и вторичного отречения Наполеона I от престола в 1815 г. во Францию снова вернулись Бурбоны. Вторая Реставрация сопровождалась репрессиями против активных сторонников Империи. Военные суды вынесли тысячи обвинительных приговоров. За переход на сторону Наполеона были расстреляны маршал Ней и ряд генералов. Десятки тысяч офицеров и чиновников были уволены в отставку. Но все же эти 100 дней Наполеона показали Бурбонам, что они «вернулись не на родительский престол, а на наполеоновский», как говорил Талейран. Людовик XVIII понял невозможность полного восстановления абсолютизма без дальнейших потрясений в обществе и вынужден был смириться с этим. Принятая им «Хартия 1814 г.» стала основным конституционным документом в период Реставрации. Она признавала установленное революцией гражданское равенство всех подданных, отмену сословных привилегий духовенства и дворянства, право новых собственников, в том числе и крестьян, на владение имуществом, приобретенным во время революции. Оставались в силе Кодексы законов, созданные при Наполеоне, дворянские титулы, полученные при нем. Сохранялось новое административное и судебное устройство страны.

Хартия 1814 г. закрепляла за королем всю полноту исполнительной власти. Законодательная власть предоставлялась парламенту, состоявшему  из двух палат: палаты пэров и палаты депутатов. В палату пэров входили принцы королевского дома и другие лица, назначаемые королем с правом наследования этой должности. Члены палаты депутатов избирались на основе высокого имущественного ценза. Право голоса получили около 100 тысяч наиболее состоятельных граждан, преимущественно крупных землевладельцев. Основной прерогативой парламента стал контроль над государственным бюджетом, в котором одинаково были заинтересованы и старые и новые собственники. Интересы помещиков все более переплетались с интересами банкиров, фабрикантов, владельцев металлургических предприятий, шахтовладельцев, которые теперь нередко являлись и крупными землевладельцами. Многие бывшие земельные аристократы вступали в капиталистические компании с финансистами по эксплуатации шахт, рудников, извлекали доходы от продажи леса, хлеба, шерсти, льна, угля и других товаров. Чтобы обеспечить большие доходы землевладельцам, были установлены высокие пошлины на привозной хлеб. В интересах крупных промышленников были введены также высокие таможенные пошлины на ввозимые во Францию железо, каменный уголь, машины и ткани. Эти пошлины гарантировали большие прибыли французским промышленникам и охраняли их от конкуренции английских товаров.

Палата депутатов, избранная в 1815 г., состояла преимущественно из крайних монархистов, противников конституционного строя, так называемых ультрароялистов, которые упорно добивались восстановления старых порядков.  Людовик XVIII говорил, что «они большие роялисты, чем сам король» и уже осенью 1816 г. был вынужден распустить эту «бесподобную палату». Новые выборы дали на некоторое время перевес партии умеренных монархистов, полагавших, что отказ от конституции и попытки возвращения старых порядков толкнет массы на новую революцию.

С началом Реставрации в стране наступил долгожданный мир, способствовавший стабилизации положения в экономике, деформированной десятилетиями войн. После кратковременного пребывания на посту премьер-министра  Талейрана в 1814 и 1815 гг. во главе правительства был поставлен талантливый администратор герцог Ришелье. К этому времени он обладал большим управленческим опытом, приобретенным за годы эмиграции в должности генерал-губернатора Новороссии. В Одессе «Дюку Ришелье», в благодарность за его успешную деятельность по руководству краем, был поставлен памятник, который и в настоящее время является одной из главных достопримечательностей этого города. Во Франции с его именем связаны почти все либеральные реформы первых лет Реставрации. При нем был реорганизован и сокращен королевский двор, к высшим должностям получили доступ имперское дворянство и буржуазия.

В 1820 г. ремесленник Лувель убил наследника престола племянника Людовика XVIII герцога Беррийского. Это привело к отходу от либеральной политики первых лет Реставрации и наступлению ультрароялистов на конституционные принципы. Был еще более повышен имущественный ценз для избирателей, восстановлена предварительная цензура над прессой. Школа и все образование были поставлены под строжайший надзор католической церкви. Либеральная профессура подверглась гонениям. Сторонники либеральной политики герцог Ришелье и игравший видную роль в его правительстве министр полиции граф Деказ, были отправлены  в отставку. Усилилась реакция и во внешней политике. В 1823 г. по поручению Священного союза Франция осуществила вооруженную интервенцию в Испанию для подавления вспыхнувшей там революции.

16 сентября 1824 г. Людовик XVIII умер. Под именем Карла Х корону унаследовал его младший брат, глава ультрароялистов, граф д’Артуа, которому в то время исполнилось 67 лет. Уже в первый год его правления были изданы законы о выплате бывшим эмигрантам денежного возмещения за конфискованные у них во время революции земли. Им было уплачено около миллиарда франков. Большая часть этой огромной суммы досталась приближенным короля, верхам аристократии. Герцог Луи Филипп Орлеанский и его сестра получили 50 миллионов франков, принц Конде – 30 миллионов. Правительство усилило цензуру печати и надзор духовенства над школами, университетами, литературой и искусством. Был принят «закон о святотатстве», вводивший пожизненную ссылку на каторгу за кражу церковного имущества и смертную казнь через четвертование за «осквернение причастия».  В 1826 г. был принят закон о неделимости дворянских имений, которые должны были передаваться по наследству  только старшему сыну, что позволяло закрепить систему крупного землевладения. Карл Х распустил национальную гвардию, состоявшую в основном из представителей средних слоев буржуазии, за то, что во время смотра они не оказали ему должных почестей.

Реставрация Бурбонов с самого начала встретила отрицательное отношение в различных слоях населения Франции. Создаются враждебные им тайные общества. Наиболее многочисленным и разветвленным было  общество карбонариев, возникшее в 1821 г. Карбонарии действовали в глубоком подполье. Группы заговорщиков обычно не знали друг друга, они объединялись в ложи и венты, которые в свою очередь объединялись конспиративным центром. В карбонарские группы (венты) входили отставные военные и офицеры действующей армии, адвокаты, служащие, студенты, иногда ремесленники. Во главе всей организации карбонариев во Франции стояла Верховная вента, среди руководителей которой был генерал Лафайет. Карбонарии ставили перед собой цель свержение Бурбонов, далее их мнения  расходились. Одни намеревались привести к власти наследника боковой ветви Бурбонов герцога Луи Филиппа Орлеанского, который, как они полагали, не будет стремиться к возврату старых порядков, другие – герцога Рейхштадского, сына Наполеона I, третьи мечтали об установлении республики. Усилившиеся после смерти Людовика XVIII репрессии ослабили движение карбонариев.

Открытую оппозицию ультрароялистам составляли умеренные либералы, выступавшие с критикой политики Бурбонов. Они выражали настроение широких слоев торгово-промышленной буржуазии, которых высокий имущественный ценз для избирателей лишал участия в управлении страной. Их идеологом был Бенжамен Констан (1767-1830), известный теоретик французского либерализма. Сам термин «либерализм» вошел в употребление именно в этот период. Особой популярностью в кругах либералов пользовалось учение Бенжамена Констана об «индивидуальных правах» человека, к которым он относил свободу личности, свободу совести, свободу предпринимательства, неприкосновенность частной собственности, свободу печати, суд присяжных. Бенжамен Констан был противником революционных методов борьбы, его политическим идеалом была конституционная монархия, которая, как он полагал, является нейтральной по отношению к борьбе классов и партий и стоит над ними.