«Развитие социализма от утопии к науке»

«Развитие социализма от утопии к науке»В работе «Развитие социализма от утопии к науке» Ф. Энгельс отмечал, что в своем проекте «Оуэн разработал все технические подробности, вплоть до плана, фасада и вида с высоты птичьего полета, с таким знанием дела, что если принять его метод преобразования общества, то очень немного можно возразить против деталей, даже с точки зрения специалиста».

И действительно, графическая реконструкция оуэновского поселения, сделанная архит. С. Уайтвеллом при непосредственном руководстве самого Оуэна и известная под названием «Проект оуэновского поселения на 2000 жителей, созданного по принципам, рекомендованным Платоном, лордом Бэконом и Томасом Мором», представляла    собой    архитектурно-планировочное выражение его социальной утопии. Согласно проекту, поселение Оуэна представляло квадратный квартал, состоящий из трехэтажных жилых корпусов, с включенными в них детскими учреждениями, больницей, гостиницей и административными помещениями.

[ad#centre]
По углам квартала размещались колледжи, а в центре внутреннего двора-сквера — общественная столовая, школы, библиотеки, залы для заседаний. Четыре входа в квартал располагались по осям корпусов и соответствовали дорогам, сходившимся к поселению. Квартал окружала эспланада (шириной  30 м), а далее размещались сады, за ними — поля, пастбища, а еще далее — аналогичная община. Промышленные поселения также имели квадратные очертания с той только разницей, что в центре находились фабрики и источники энергии, а среди полей ритмично были разбросаны (тоже квадратные в плане) сельскохозяйственные фермы. Размеры сторон квадратных поселений колебались в зависимости от численности населения общины, в среднем они равнялись 1000 футов, т. е. около 300 м.

Конечной целью градостроительной программы Р. Оуэна было создание федерации общин: «…по мере возрастания числа поселков,- писал он,- должны быть образованы федеральные союзы поселков, объединенные десятками, сотнями, тысячами и т. д., пока они не распространятся на всю Европу, а затем и на все другие части света и не объединятся все в одну великую республику, связанную одними общими интересами».

Несмотря на политическую незрелость и явный утопизм идей Оуэна, Ф. Энгельс высоко оценивал их значение для английского рабочего движения первых десятилетий XIX в. Он писал: «Все общественные движения, которые происходили в Англии в интересах рабочего класса, и все их действительные достижения связаны с именем Оуэна».

Р. Оуэн имел последователей и подражателей прежде всего среди своих учеников и единомышленников, но ни один из них не поднялся до уровня своего учителя.

Мысль о создании поселений нового типа как панацеи от всех бед буржуазного общества не исчезала на всем протяжении XIX ст. К ней обращался и один из лидеров чартистского движения публицист Ф. Э. ОКоннор (1796- 1855). Его мелкобуржуазная в своем существе идея «возращения рабочих к земле» сопровождалась утопическим планом организации аграрных поселений, построенных государством на землях, купленных у крупных землевладельцев. Однако попытка ОКоннора в конце 40-х годов XIX в. построить несколько таких поселений окончилась неудачей.

Поисками новых форм расселения занимались и последователи более умеренных политических взглядов. Примером тому может служить проект идеального поселения Дж. С. Бэкингема.

Писатель и путешественник, долгие годы проведший в Индии, Египте и Северной Америке, сторонник умеренных социальных реформ, Бэкингем (1786-1865) в 1849 г. опубликовал книгу «Национальное зло и практические рецепты с планом модели города», в которой он изложил свой проект идеального поселения, рассчитанного на 10 тыс. жителей. Город Бэкингема  имел  квадратную конфигурацию плана со стороной, равной 1 миле (1524 м). В центре располагалась площадь (210X210 м), окруженная зданиями с портиками, проходившими по нижнему этажу. В центре площади находилась башня высотой 90 м, на которой располагались источник электрического освещения и городские часы. За площадью, позади общественных зданий, находилось обширное квадратное в плане пространство, в котором в ритмическом порядке помещались здания для собраний, культовые учреждения, музей и университет. От этого пространства расходились восемь широких проспектов (30 м), по бокам которых располагались портики глубиной 6 м. Проспекты носили претенциозные названия: авеню Счастья, авеню Правосудия, авеню Милосердия и т. д. Вокруг городского центра располагались семь концентрических квадратов, каждый из которых предназначался для особого вида постройки и отделялся от соседнего широкой полосой зелени, среди которой размещались училища, школы и предприятия бытового обслуживания населения (бани, столовые, прачечные и т. д.). Периметры третьего, пятого и седьмого квадратов были застроены жилыми домами, а второго, четвертого и шестого квадратов — крытыми пассажами, где размещались ремесленные мастерские и рынки. Крупные промышленные предприятия Бэкингем выносил за пределы города. Там же он размещал и больницы, скотопригонные рынки, спортивные площадки, сады и огороды, резервуары для водоснабжения города питьевой водой.

Бэкингем предполагал реализовать свой проект посредством организации акционерной компании, которая станет собственником городской земли и субсидирует строительство зданий, извлекая при этом определенную прибыль в виде процентов с вложенного капитала. Уже одно это говорит о том, что в основе проекта Бэкингема лежал    вполне    капиталистический принцип, посредством которого он и надеялся излечить социальное зло больших городов.

Таким образом, процесс урбанизации в Англии, усиление социальных противоречий в крупных городах, кризис старых представлений о городе, все большая дифференциация между буржуазным «сити» и пролетарскими окраинами порождали в середине XIX в. различную, с классовой точки зрения, критику капитализма, которую К. Маркс и Ф. Энгельс в «Манифесте Коммунистической партии» (1848) метко охарактеризовали как «феодальный, буржуазный и мелкобуржуазный социализм». Подробно, порой в деталях разрабатывая «модель» города будущего, авторы рассмотренных проектов не понимали того, что реализация их градостроительных утопий невозможна в условиях господства частной собственности в капиталистическом городе.