Архитектурно-планировочные нововведения в Англии в XVIII ст.

Архитектурно-планировочные нововведения, появившиеся в Англии в XVIII ст., коснулись не столько промышленных центров, сколько усадебного строительства, и это было не случайно.

Средоточие земли в руках крупных землевладельцев-аристократов, пополнявших свои владения за счет экспроприации земли у крестьян, секуляризации владений католической церкви, а также колониальных захватов породило и новую форму ведения сельского хозяйства путем раздачи участков в аренду фермерам, использовавшим наемный труд и сельскохозяйственные нововведения. На протяжении XVIII в. утвердились, по меткому выражению В. И. Ленина, «старое землевладение, лендлордизм, при новой, свободной, чисто капиталистической аренде». Тема образцовой усадьбы как хозяйственной единицы и как среды обитания ее владельца стала весьма злободневной.

[ad#centre]

Необходимость разрешения практических задач усадебного строительства совпала с периодом английского Просвещения, одним из ведущих представителей которого был философ лорд Шефтсбери (1671 — 1713).

Исходной позицией Шефтсбери было восторженное поклонение живой природе, в явлениях которой он видел гармонию, порядок и целесообразность. Как известно, призыв к «подражанию прекрасной природе» выражал один из основополагающих принципов просветительской эстетики, воспринятый художниками и архитекторами классицизма второй половины XVIII в.

В своих трудах Шефтсбери непосредственно не касался архитектуры и тем более градостроительных проблем, однако, развивая свою теорию об эстетической и этической роли природной среды в формировании духовного мира человека, он не мог не коснуться вопроса о вторжении человеческой деятельности в природный ландшафт, что вполне естественно приводило его к сфере садово-паркового искусства. Английский философ считал, что человеческая мысль, строящая образы и целые художественные системы, полагаясь лишь на самое себя, рискует замкнуться в себе и отойти от реальности и природы. В своем произведении «Моралисты» Шефтсбери прямо говорит о ложном понимании красоты сторонниками регулярного садово-паркового искусства: «И грубые скалы, и покрытые мхом пещеры, и гроты неправильные и никем не вырытые, и водопады на реках, и все эти навевающие страх прелести диких и неприступных мест — все это больше представляет Природу, будет зрелищем более захватывающим и явится с величием, оставляющим далеко позади все выкрутасы княжеских садов».

Отрицая регулярную планировку парковых территорий даже в таком тонком художественном произведении, как Версаль, Шефтсбери писал: «…пропорции этой живой архитектуры, как бы восхитительны они ни были, отнюдь не вызывают наслаждения… Чем больше на них смотрят, тем менее удовлетворяют они одним своим видом». Отрицая регулярные принципы композиции парков как противоречащие красоте живой природы, Шефтсбери тем самым как бы указывал новый путь развития садово-паркового искусства. Отныне идея так называемых ландшафтных парков прочно укоренилась в английском паркостроении.

Взгляды Шефтсбери на природу и архитектуру перекликались со взглядами теоретика архитектуры XVI в. А. Палладио, авторитет которого в Англии не ослабевал на протяжении всего XVIII в. Для того чтобы доказать это, достаточно вспомнить слова Палладио, что «будучи (подобно другим искусствам) подражательницей природы, архитектура не терпит, чтобы какая-нибудь ее часть была чужда природе и далека от того, что свойственно природе».

Под влиянием эстетических идеалов Шефтсбери и архитектурной теории Палладио в Англии возникло художественное течение, которое впоследствии было названо палладианским. Его наиболее значительными деятелями были К. Кэмпбелл, Д. Леони, В. Бенсон, Р. Барлингтон, В. Кент, Г. Флиткрофт, И. Уэйр и др. Прежде всего оно проявилось в усадебном и парковом строительстве.

Напомним, что Палладио в кн. II, гл. 12 «О выборе места для строения вилл» говорит о сочетании пользы и удовольствия от загородных усадеб: «Конечно, городские дома всячески должны способствовать роскошной и удобной жизни дворянина, принужденного жить в них все то время, которое он посвящает государственным и личным делам. Однако не меньшую, может быть, пользу и не меньшие утехи получает он на своей вилле, где он проводит остальное время, обозревая и украшая свои владения и умножая свой достаток (выделено нами — авт.) как заботливый и искусный сельский хозяин».

Наиболее последовательным приверженцем творчества Палладио в первой половине XVIII в. был крупный аристократ, просветитель и меценат, а также архитектор-дилетант лорд Барлингтон (1695-1753). Будучи в Италии, Барлингтон изучил все постройки Палладио в натуре и привез в Англию его трактат и неопубликованные чертежи, которые и издал с комментариями и гравюрами. В издательской, как и в строительной деятельности Барлингтону помогали архитекторы Колин Кемпбелл, Вильям Кент и Исаак Веар. К этой группе архитекторов примыкал также и строитель курортного города Бата Джон Вуд (старший).

Главное внимание Барлингтона было уделено полной реконструкции двух его усадеб: городской — на улице Пикадилли и загородной — в западном пригороде Лондона — Чизвике.