Строительству новых районов Ташкента

Строительству новых районов ТашкентаВ 1866 г. вышел указ о восстановлении портовых городов Анапы и Новороссийска, разрушенных во время Крымской войны 1853-1856 гг. Строительство нового города Новороссийска активизировалось после того, как на базе залежей цементного сырья и в связи с прокладкой Новороссийске-Владикавказской железной дороги в городе возникли крупные цементные заводы. Однако подлинным стимулом для развития города послужило дальнейшее развитие морской торговли, особенно оживившейся к концу XIX в.

Согласно новому плану, город получил развитие вдоль Цемесской бухты, северную часть которой занимали портовые территории с примыкавшими к ним промышленными районами и железнодорожными устройствами. Собственно город, отделенный от порта заболоченной поймой реки Цемес, получил развитие в южном направлении. Включая предместья и портовые территории, город тянулся вдоль моря на несколько километров.

[ad#centre]

Прямоугольная сетка кварталов была наложена на полого спускавшийся к морю рельеф. Главная площадь города (Церковная) имела большие размеры, и половина ее была занята городским садом. В городе было несколько обширных торговых площадей, из которых выделялась площадь, располагавшаяся около городской пристани.

Строительство новых городов было связано с освоением новых необжитых территорий Средней Азии, Казахстана, Сибири и Дальнего Востока.

Так, в Туркестане были основаны многочисленные поселения, получившие во второй половине XIX в. статус городов. Это были: Перовск (1853), Казалинск (1854), Ура-Тюбе (1866), Каракол (Пржевальск, 1869), Верный (Алма-Ата,   1870),   Новый  Маргелан (1877), Асхабад (1881) и др. Кроме того, возле старых средневековых центров возникли так называемые новые города: Туркестан (1864), Чимкент (1865), Ташкент (1865), Ходжент (ныне Ленинабад, 1866), Самарканд (1871), Ош (1875), Наманган (1875), Андижан (1876), Коканд (1885) и др. Причем эти новые, регулярные поселения строились на свободных территориях поблизости от древних цитаделей. По мере развития жизненных взаимосвязей между старыми торговыми районами и новыми поселениями последние становились не только административными, но и местными торговыми центрами.

Наиболее ярким примером в этом отношении являлась столица Туркестанского генерал-губернаторства — Ташкент.

Строительству новых районов Ташкента предшествовало тщательное изучение старого города. С этой целью в 1868 г. был организован местный статистический комитет, в задачи которого входили сбор и обработка многообразных сведений о населении, народном хозяйстве, обычаях, а также о природных условиях Туркестана. Особое внимание комитета было направлено на изучение структуры населения и образа жизни старого Ташкента, сохранявшего вплоть до середины XIX в. отработанные столетиями средневековые традиции. Подобный интерес объяснялся не столько административным, сколько подлинным научным интересом к развитию одного из лучших и красивейших городов Средней Азии. Изучение Ташкента совпало с формированием исторического подхода к решению градостроительных проблем, начавшегося в конце 1860-х годов, в связи с дальнейшим развитием русской статистики, превратившейся в этот период в комплексную науку, названную ведущим ее представителем П. П. Семеновым-Тян-Шанским — «землеведением». П. П. Семеновым-Тян-Шанским была разработана методика и последовательность в изучении исторически сложившихся городов.

Одновременно с изучением старого Ташкента проводилось и составление проектов Нового города, причем, несмотря на регулярную, внешне абсолютно не похожую на средневековую планировку Нового города, в структурном отношении в ней наблюдалась определенная преемственность. Так же, как и старый город, новые территории подразделялись на крупные части — даха. В старом Ташкенте даха составляла отдельную земледельческую общину, владевшую определенным наделом городской и пригородной земли и водой, а также исполнявшую городские повинности по ремонту и поддержанию дорог и оросительных каналов. Такая община возглавлялась должностным лицом — арык-аксакалом. В старом Ташкенте было четыре подобных района, а в новом — два, из которых один находился между арыками Бозсу и Чаули, а другой — за Чаули к востоку.